|
|
|
|
До отъездаКак то все было криво с самого начала. Кест часов за пять до отъезда пишет в аську, что его не отпускают. Саня Котельников решает лететь самолетом во вторник. Миха и Кoндратий работают и на связь выходят крайне нерегулярно. Так что, когда в пятницу все собрались к 11-ти вечера, я даже слегка удивился. 28-е сентября,пятница, вечер, отъездВяжем пять лодок и велик на конструкцию из двух металлических профилей и четырех брусочков дерева, которые привязаны к рейлингам резинкой, нарезанной из автомобильной камеры, взятой из "копейки" Кондрашкина. Конструкцию соорудил старый катамаранщик (правда, по его собственным словам, на катамаране не ходивший) Константин Винокуров. Привязываем, осматриваю бас. Вспоминаю анекдот про лягушку, которой к жопе прилип бегемот. Едем. 29-е сентября, субботаВсе едем. В Ростовской области сплошной ремонт дороги, фуры - косяком, в гору ползут 15-20км/ч - все как обычно. Наблюдали, как грузовик груженный по борта кирпичом гонялся с таким же, но груженным щебенкой. Аццкую трехминутную схватку выиграли кирпичи. Мы аплодировали. Менты, которым наше правительство выписало нехилый бонус в виде увеличения лишенческих статей, стоят в засаде и караулят встречку. На одной из засад меня ловят. Где-то там был знак "Обгон запрещен". Может и был, кто его видел за этими фурами, полоса, естественно, везде прерывистая…. Кест требует ухи - жрем уху уже за Ростовом. Приближаемся к постам, так горячо любимыми все автолюбителями, которые путешествуют на юг. Цукерова балка нас пропускает, нас принимают в Кущевской. "Никогда не ешь наркотик, ешь наркотик никогда!!!!"Нас досматривают, наибольшее подозрение вызывает Кест. Он и впрямь какой-то подозрительный… Во-первых, не хотел выходить из авто, типа хворает. Ну, ментам все известно - ломает негодяя. Во-вторых, на руке - напульсник с зеленым листиком, а вот это уже неоспоримое доказательство. Смотрят машину, смотрят вещи Кеста и мои (я тоже подозрительный, раз везу негодяя с напульсником). Кoндратий с Михой деловито режутся в шахматы, на ментов не реагируя. Менты на них тоже, в-общем, ведь каждому менту известно - шахматисты не курят. У нас однако ничего не находят, ментам все понятно - опытные рецидивисты. Кеста просят пройти. Там куда он прошел, его заставляет писать в баночку (это без проблем, пиво в отличие от травки, гомоконь употребляет регулярно). Тест пройден, нас отпускают с явным сожалением. Уезжаем, надеясь, что стоимость теста удержат из ментовской зарплаты. Лирическое отступление номер один На Курджипс приехали уже ночью. Зок притомился и забастовал, и палатки ставить не стал. Дрыхли в басе. 30-е сентября, воскресеньеНакануне поездки мы с Кондратием произвели сложнейшие выкладки на основе методов матстатистики, астрологических расчетов и камлания на бараньей лопатке. Выкладки показывали, что в Курджипсе в этом году должна быть вода. Она, как выяснилось и была, но неделей позже. Нет - так и нет, пошли гулять по Гуамке. Зашли по козлячьей тропе вверх на приток. Кест радовался, что никто не играет в нарды-шахматы и наверх бежал бегом. Наверху постояли, повтыкали - крассотищщщаааа.
Вернулись к басу, переехали на Белую. Голос за кадром: Кест Поели в кафе "с павлинами", купили бальзам. Осмотрели Киши - воды нет, Кондрат, тем не менее бил копытом, но все ж решили, что за ради них (Кишей) вязать лодки туда-сюда не стоит. Встали на поляне в начале Гранитного. Там, что удивительно, кроме нас никого не было. Употребили бальзам под шахматы. Голос за кадром: Кест
1-ое октября, понедельникВстали, размялись, покидали мячик. Гомоконь и Гомолось бьют копытами, хотят плыть Гранитный и Хаджох в один день, причем почему-то называют это словом "раскатка". Поплыли, обнесли Горку с Пригорком (в очень малую воду любопытно выглядят), дальше я решил, что достаточно размялся (с учетом того, что я год не сплавлялся) и пошел к басу. Потом бодро переехали на Хаджох, где я до этого не был. А зря, по малой воде оказалось весьма приятное место - просто, без ужасов, но и не скушно - плыли участок от казачьего камня до теснины. В малую воду, понятное дело, в большую - там мясо. Голос за кадром: Кест
Едем на Мзымту. Много серпантина, местами грунтового. Дзен-грузовики, еле ползут и черта с два их обгонишь. Приходится смирятся. В Адлер приезжаем сильно ночью. Крутимся около набережной, думаем - где встать? Кондрат кричит, что все фигня, что надо стоять у моря, что знак "проезд запрещен" перед въездом на набережную он для лохов и что он там стоял в 2001году и не сцать. Уступив мощному напору, заехал на набережную и аккуратно съехал в левую часть к парку. В сторонку, ага. Поставили палатки, я лег в басе. Через 15 минут подъехала ментовская нива, меня разбудили и объяснили что въезд на набережную и городской парк воспрещен, что для этого и висит знак на въезде. Начали писать протокол, ну тут им в рацию сказали, что у каких-то игровых автоматов драка и они с сожалением уехали. Выгнал машину назад, встал где можно.
2-ое октября, вторникКупанулись всласть. Шахматисты засели в скверике с доской, как последние конченные пенсионеры, а Кест с Михой пошли кататься на машинках. Эта традиция началась еще в 2003г. (см. отчет Газом по Каффказу). Потом еще покидали мячик и поехали в аэропорт за Санечкой. Встретили в аэропорту довольного и радостного Котелкина и поехали наверх. Погода - супер (как, впрочем, и весь трип), воды в реке нет. На месте кондовой шиверы журчит ручеек. С тоской едем дальше. Проехали канатку, на шлагбауме никого, едем дальше. Строительство идет вовсю, гадят - только в путь. Кусок реки, похоже, вскоре можно будет вычеркивать из сплава. Но в районе Селевых пока все по-прежнему и очень хотелось бы надеяться, что так оно и останется. И воды в реке вполне есть. Встаем на Нарзанах. Катаем Селевые. Раза два. Чудесный и очень прикольный аквапарк в такую воду. Особенно Второй Селевой. Неспортивно? Ну да, неспортивно. Знаем ли мы людей, которые напрочь обгундели бы такой сплав? Ну епрст, конечно знаем. Но все равно ведь прикольно…. 3-е октября, среда
Но есть среди нас люди, которые хотят спорта. Кест, Кондрат и Миха идут наверх. Предложение лесников забросить их за три тыщи они с негодованием отвергают. Мы с Котлярием идем пешочком, интересно посмотреть как народ пойдет пасечный. Выходим пораньше, тропа идет вверх. Идем себе особо не тупя и представляя, как по такой тропе херово идти с лодкой. Минут через 40 сзади раздается бодрый топот, это нас догоняет Гомолось. Лодка за спиной не мешает ему идти. Более того она не мешает ему подбирать валяющиеся вокруг дикие каштаны. У Сереги вообще свой взгляд на "дикую" природу. Пособирали каштаны. Нас догнали Кест и Макушкин. Вышли к пасеке. Кондрашкин тыкал в дерево с грецкими орехами, которое растет прям на пасеке и утверждал, что оно дикое. И орехи дикие. Помня ментов в Адлере, не повелись. Кондрашкин, не смутившись и не снимая лодки, стал жрать дикие груши (мелкие и вяжут). Затем указал нам с Саней, где по его мнению находится Пасечный.
Мы спустились (спускаться дофига надо) и сели у порога. Потом приплыли бойцы, но оказалось что это не Пасечный, а так, фигня какая то. А Пасечный ниже. Тут мы затупили, вроде показалось, что по берегу не пройти и полезли наверх, в конце концов плюнули и пошли назад. В это время водоплавающая часть группы фаново проехала всю Мзымту от Пасеки в режиме нон-стоп (Кест обнес Пасечный). Заняло это все минут 40. На лагерь пришли-приплыли одновременно. Вместе еще разок сплыли Селевые. Лирическое отступление номер два Едем в Абхазию. Проезжаем границу, моск имеют довольно долго, но лодки не отвязываем. Нас ждет апацха. Это место, где едят. Вообще гастрономическая составляющая осенних каффказских туров весьма велика и лишь по чистой случайности мы до сих пор не отдавали ей должное. С энтузиазмом наверстываем упущенное. Часа полтора-два наверстываем. Надо где-то ночевать, едем чисто к морю каким-то проселком, вокруг кустарник. В свете фар видно, что дикий ежевичник. Кондрат в восхищении. До моря доехать не удается. Пешком дойти к нашему удивлению тоже, хотя оно вроде где то рядом. Короче заночевали, где пришлось, некоторые прям без палаток и на дороге. 4-ое октября, четвергВыяснили, что заночевали, как это назвал Котельников, в мангровом болоте. Кругом крякают утки, по которым постреливают охотники. Решаем, что концепт дикой природы - это палка о двух концах и быстренько сваливаем, предварительно вынув Кондрата из зарослей ежевики. Голос за кадром: Кондратий
Апацха. Так, надо б купнуться перед сплавом. Примерно направление на море знаем и съезжаем в первый-второй поворот трассы. Дорога на этот раз заканчивается прямо у моря. Видим две пушки, пост абхазов-военных и волейбольную сетку. И пляж, и никого-никого больше. Купаемся, погода супер, вода в море тоже.
Едем плавать. Воды в Геге нет - и это хорошо. Трое идут Стрелочный и долго просматривают Триплдроп (он же Трехсливный). В итоге из Трипла дропов идут только третий. Мы с Саней ждем ниже и дальше плывем вместе. В одной из горок меня пинит между двух камней с креном на струю, довольно стремно, кстати. Почти отбиваюсь, из лодки вылез уже в улове. Дальше все идется шустро (одно место я занес, одно прошел "а-ля каган"). Хороший денек. Я бы заночевал на Геге, но народ требует к морю. Вспоминаю, как здорово мы с Темой пару лет назад стояли в Пицунде в соснах, едем туда. Склероз плюс уже вечер и не видно. Места так и не нашли, просто покатались по городу, и опять нас занесло на набережную - здесь пассажиры получили продолжительную экскурсию в прошлое - советские пансионаты, обустроенная набережная, прогуливающиеся отдыхающие, офигевающие от вида машины с лодками на крыше. Поехали ночевать "на пушки".
Лирическое отступление номер три
5-ое октября, чорная пятницаКупнулись и Апацха. На завтрак столько жрать нельзя. Нас ждет Гега. Очень лениво гидримся и плывем. Мне не плывется категорически, место, где жог вчера - я проплыл, но с успехом жгу в двух других. Мне надоедает, я вылезаю, прикапываю лодку и иду к автобусу. Забираю (он рядом с точкой, которая торгует медом) и еду к лодке. Спускаюсь к реке, беру лодку. Срабатывает брелок сигналки. Это сигнал о том, что, собственно говоря, первая запланированная часть поездки закончена и начинается вторая часть. Я этого еще не понимаю. Бегу к машине, вижу двух уродов, которые бегут от нее (от того места, где я пошел вниз до машины метров 80). Подбегаю к машине - боковое стекло выбито. Сумочки с документами, которую я машинально бросил между сиденьями когда покупал мед - нет. Приезжают люди (просто отдыхающие) сообщают номер, марку и цвет машины, в которую сели уроды. Еду вниз встречаю своих, рассказываю что случилось. Выясняем, что еще минус сумка и мобильник Кондрата. Едем на пост, там мент, рассказываем. Думаю, найдут, наверное, уродов-то, долина закрытая, машина вниз не съезжала. Пост они вроде как проехать не могут. Пока то-се, суета, какие-то люди, я в десятый раз рассказываю, что и как. Приезжает местный участковый, говорит, что сейчас все будут искать, а нас пока поселяют на полянке у шлагбаума рядом с Голубым Озером. Ночуем рядом с постом. Охрана меня зовет на пост, выпить и рассказать как им неприятно, что среди них гордых абхазов есть такие негодяи. Пьют, что характерно обычную водку, не чачу. Трос на посту поднят, все машины останавливают. 6 октября, субботаНам втирают, что документы найдутся, типа всегда выбрасывают. Что, мол, участковый (зовут Патал) уже поехал по точкам, где их подбрасывают и найдут обязательно, это вопрос времени. Что типа не могут не выбросить, иначе их искать будут. А как документы бросят, то и искать перестанут. А нам надо тупо ждать, а заявление писать не надо. Звучит убедительно. Ждем. Шахматы, нарды. Просто тупка. Поход за перекусом к Голубому озеру. Вестей нет, едем с Кондратием на Рицу (вроде там должен быть участковый), по дороге пытаемся глядеть документы- без толку. Показываю Кондратию древо с диким инжиром, он счастлив, даже забыл про то, что паспорт сперли. Сегодня национальный праздник еще, всем не до нас.
Возвращаемся, требуем участкового. Эта сволочь приезжает только вечером, документы не найдены. Едем в районный центр Гудауту. Уже темно и на шоссе полно домашний скотины, чуть было одну дикую корову не сбили. Приехали в ментовку. Патал естественно предлагает оформить утерю, мы отказываемся, говорим - открывай дело. Пишем заявление, требуем справки. Справку сегодня дать никак нельзя, праздник, фотограф (ик) пьян. Опять надо ночевать. Нам нужно тихое место, чтобы поставить палатки. Селят, однако, в пансионат на берегу моря . Номер на четверых, чистый. За счет администрации, вах. Машина на территории пансионата, заверяют, что охраняется - на всякий случай все равно ночую в машине. 7 октября, воскресеньеНарод зависает в номере, мы топаем в ментовку -узнаем, что в обед должен приехать большой начальнег ментовки. По ходу нас вежливо пытаются заставить забрать заявы ( "а вот мы вас как задержим на неделю для проведения следственных мероприятий") и звездовать отседова куда подальше. Фигово дело. Кесту с Михой надо на работу. Нам остальным тоже надо, но деваться некуда. Денюшки еще есть и главное есть заслуженный друг олигархов Александр Котельников. На улице тепло и море, и Кондратий уже обозначил все плантации дикого винограда (тот что за забор свисает) в округе. В-общем, живем пока. В пансионате проходит какой-то детский чемпионат по борьбе, полно крепких детишек. Предлагаю побрить Макушкину ноги и выставить на ковер. Потом делать ставки. Отказывается, дети - сцуко опасные, можно потерять и деньги и здоровье. В обед приезжает начальнег. Орет при нас на участкового, сразу что-то начинает двигаться, откуда-то появляется криминалист с цифромыльницей. БУГОГА, они спустя два дня хотят снять отпечатки - Эркюль Пуаро нервно дергается в гробу. А следователя пока нет, вызвали, едет. Нужно ждать. Вечная маньяна южных народов. Говорим: "двоим надо срочно улетать". Говорят: "да и пес с ними, пусть летят". Говорим: "А как доехать до границы, документов-то на машину нет?". - "Не вопрос, дадим сопровождение". Ехали за машиной с мигалкой, на постах нам гудели и вообще всячески приветствовали. И передавали следующей машине. Едучи без документов, без соблюдения скоростного режима, я жалел только об одном. Что я не пьян. Для пущего веселья не хватало только бутылки вина, из которой можно было бы прихлебывать во время движения. Граница. Прощаемся с Михой и Кестом. Кест как-то задумчиво на меня смотрит, на гомобас смотрит. Достает бутылку вина и отдает мне. На глаза наворачивается скупая мужская слеза. До родины 500 метров, но она недостижима, как Океан Бурь на лунной поверхности. Друг Олигархов Саня в сомнении. С явной неохотой говорит: "Ладно, так и быть вернусь, токо провожу этих двух". Уходят. Мы едем купаться и жрать - недалеко перед Гаграми есть съезд к морю. Йоу, возвращаются двое - Саня и Миха. Кест зачем-то улетел. Работа, слякотная Москва….Миха позвонил начальству, потом узнал цену билета и решил остаться. Отлично! Едем назад, еще раз купнулись по дороге, уже никто не сопровождает, но мы здесь свои. Идем с Кондратом в ментовку. Уже поздно, но свет горит и следователь на месте. Быстро и четко снимает показания, оформляет бумаги (дают еще справку об открытии дела). Никаких предложений задержаться на "следственные" мероприятия.и прочей ботвы. Пока сидим, его куда-то вызывают, Кондрашкин немедленно залез в ящик стола и начал изучать следственные дела. Говорю, что в пансионате лучше, чем в обезьяннике. На что мне зачитано дело про мальчика Гоги, который выпил, стащил ключи от папиной волги, посадил в нее деффку и выехал на трассу и сбил человека. Все формальности соблюдены. Идем в пансионат, по дороге Кондратий в прыжке а-ля Бубка срывает кисть винограда, я отскакиваю, если шмальнут солью или дробью - лучше быть подальше. Завтра домой. 8 октября, понедельникНам с Кондратом оформляют справки с фотой. Точнее справки готовы были вчера, но печать поставили только сегодня. Ёптыть, хоть какой-то документ. Правда, Кондрашкин стал Кондраткиным. Мдя, нам с этим границу переходить. Едем к границе. Саня и я запрашивали у "большой земли" консультации по поводу езды без документов на машину из Адлера в Москву. Запрашиваем у разных людей (Саня у Глебсона) - приговор единодушен: "земля сказала что ты умрешь"© Т.е. либо огромная котлета денег, либо машина на штрафстоянку. Ладно, надо еще границу перейти. Абхазы нас пропускают, наши погранцы брезгливо смотрят справки и ведут нас с Кондратом на пост, любезно пускают с нами Миху, он с паспортом и может уйти в любое время. Саня остается снаружи в качестве внешней поддержки. Сидим в комнате, листаем подшивки Красной Звезды за 10 лет. Рожи у погранцов каменные - ждите и все. Когда будет нужно - скажем. Мобилами пользоваться нельзя (на воротах перед входом для непонятливых прибита мобила гвоздем), поссать только в сопровождении. Машину оставили в таможенной зоне. Проходит час-два-три. Отправлен запрос в паспортный стол. Еще два часа. Во время очередного выхода спрашиваю у молодого погранца; "сколько тут обычно торчат" - "сутки минимум". Обана, вот так вот… Иду к старшему смены, переспрашиваю. Тот говорит: "сутки это здорово обычно двое, а иногда и неделю. Короче пока ответ не придет". Перевариваем с Кондратом эту информацию. Так долго ждать мы не можем… Еще час-два, я зверею. Иду и вежливо спрашиваю, где мы будем спать и жрать. В ответ пауза…О как! Продолбили документы, а туда же… "жрать", "спать"… Говорят или здесь в обнимку с Красной звездой…Или…опять пауза…чешите в Абхазию, мы вас выпустим… Сразу сказать, конечно, было нельзя. Уходим, встречаем Саню. Единственный способ гарантировано уехать, это получить документы. У меня, дома загран, у Кондрата обычный паспорт. Ну и ПТС, хоть что-то на машину будет. Звоню жене, говорю: "типа…эта…лететь надо". Саня звонит Кесту. Кест предлагает Сане лететь к нему, Саня отказывается, говорит: "примета плохая". Договорились, что Кест заедет за Танькой и они поедут в аэропорт. Едем в Апацху. Тут тоже свои. Из-за столов не выходим, а выползаем. Ночуем на пушках. Жить - хорошо.
Звонок с большой земли - улететь никак не можно, НО… Договорено с семеркой, что они отправят доки своим рейсом, хотя это никак низзя, но учитывая ситуацию - так и быть - можно. Рейс прилетает в 11 утра. Засыпаю, стараюсь не думать что будет, если семерка продолбит документы. Голос за кадром: Кест 9-е октября, вторникЗавтрак известно где. Приезжаем на границу, стоим на площадке маршруток. Саня с Михой идут встречать рейс. Мы остаемся ждать, нервничаем, рубимся в нарды. 11 утра, 11.30, 12.00. Есть! Вышел экипаж, отдал документы. Мы с Кондратом дружно выдыхаем. Голос за кадром: Кондратий Приезжают гонцы, мы едем. Для абхазских погранцов мы свои. Проходим наших. Нам везет с таможенником (декларация тоже потеряна), он явно радуется, когда мы говорим, что прислали ПТС, и пропускает без излишних досмотров машину. Ну, вот мы в России, начинается следующая часть пути. Лопаем почтиспелую хурму. На перевале Друг Олигархов решил купить семечки. Семечек не было, купил кулёк орешков.
Едем очень аккуратно. Пост, стоп-линия, пост, стоп-линия…. Уехали от моря, проехали перевал. Я отдаю руль Сане, у него хоть права есть. Кущевская… Едем. Цукерова балка…Едем. Ростовская область…Едем…Воронежская область. Лирическое отступление номер четыре Пьеса "Жадность в ночи". Исполняет автор: Миха 10-е октября, средаПриехали. Все. P.S.Спустя недели полторы, когда я оплатил квинтанцию в паспортный стол и сделал фотки, мне позвонила мама. К ней приехал человек (абхаз, 35 лет живет в Москве), отдал документы (все, и мои, и Сереги) и сказал? что он нашел их на Голубом озере по дороге на Рицу. Что ментам не понес - это долго, а сам он все равно в Москву собирался, вот и завез по адресу прописки. От "благодарности" в любой форме отказался. Теперь точно все, хелл-трип закончен. | |||||||||||||||||||||
